Дюжина вопросов Фархаду Нагдалиеву
Запуская новый проект VINO.RU by Abrau «Дюжина вопросов виноделу», мы подумали о том, что портрет человека, своими руками делающего вино, невозможно сложить из площади его виноградника, нюансов почвы, особенностей климата, сортов винограда, технологических секретов, рельефа участка, новых релизов и даже наград, полученных его винами на конкурсах… И захотелось напомнить, что виноделы не просто люди, а люди с изюминкой, живущие самобытной, полнокровной и совсем не скучной жизнью, которые трудятся, мечтают, любят, размышляют, вдохновляются, справляются с проблемами, радуются удачам, дружат, смеются, знают, что такое счастье, и безмерно любят свою работу. Теперь вы можете убедиться в этом сами — пришло время задать виноделам наши вопросы, и не только о вине.
Сегодня на вопросы VINO.RU by Abrau отвечает Фархад Нагдалиев — сооснователь и владелец винодельни «Усадьба Сенетх», расположенной в 20 км к северо-востоку от Анапы.
Фархад пришел в виноделие в 2013 году. А до этого учился на ихтиолога в Институте рыбного хозяйства в Астрахани, получал звание кандидата биологических наук и работал научным сотрудником биофака МГУ им. М. В. Ломоносова. Сам Фархад считает, что в освоении профессии винодела ему очень помогла база фундаментального советского биологического образования. И сегодня Фархад Нагдалиев и его академический научный подход ко всему, что происходит на винограднике и винодельне, пользуются уважением коллег. Для него не существует малозначимых деталей ни в выращивании лозы, ни в терруаре, ни в винификации, ни в экономике винодельческого проекта. Фархад убежден, что малое виноделие — это всегда премиальные вина, а значит, качество любого процесса должно быть максимально высоким.
На бутиковой винодельне «Усадьба Сенетх» создают тихие белые, розовые, красные вина и развивают игристую классику. Эти вина не только получают высокие оценки экспертов и баллы рейтингов, но и пользуются популярностью у поклонников российского вина.
Винодельня производит 25 тыс. бутылок вина в год, и в планах на ближайшие годы — удвоить эту цифру.
Я в детстве начитался книг Жака-Ива Кусто и поступал на биофак, чтобы стать ихтиологом, бороздить моря и океаны. Эту мечту, к счастью, мне удалось осуществить. Но 90-е — 2000-е диктовали свои правила бытия — приходилось выживать, кормить семью, и я ушел в бизнес. Определенным камбэком в исследовательскую деятельность стало для меня виноделие, в котором очень много науки и творчества. Коли я уж подвизался на этой стезе, хотел бы ее продолжать до конца своих дней. Ну а если вдруг, как когда-то в XIX веке, на виноградники придет какая-то напасть, которая их в одночасье уничтожит, то для меня самый лучший вариант — возвратиться в морскую биологию и ходить по морям и океанам. Либо просто путешествовать под парусом (я и яхтингом активно занимался).
2. Откуда черпаете силы и вдохновение? Есть ли у вас муза, мотиватор, наставник или советник?
В виноградарстве и виноделии настолько много творческого элемента, что дополнительной музы или мотиватора участникам не требуется. Поэтому наша сфера приложения сил, как наркотик, притягивает к себе людей, и ни за какие коврижки (кроме банкротства) никто не хочет из нее выходить. Вино рождается как твой ребенок. Ты следишь за его взрослением, и это бесконечно радует и вдохновляет.
3. Виноделие — это и наука, и магия. С вами чудеса на винодельне и винограднике случались?
Возможно, я слишком человек науки, чтобы акцентироваться на чудесах. Это моя профессиональная деформация. Но готов признать, что и лозы, и вино любят людей добрых, великодушных. Замечаю, что у таких людей и вина выходят лучше. Давайте назовем это магией.
4. Какая фантастическая сверхспособность из тех, которыми обладают всякие супермены, бэтмены или люди икс, пригодилась бы вам в жизни?
Проникать сквозь стены банковских хранилищ, чтобы иметь возможность сделать виноградник лучше, купить более совершенное оборудование на винодельню.
5. Какое чужое вино вы считаете для себя эталоном? Можете его назвать? Или вино конкурента хвалить нельзя?
С удовольствием назову имена моих коллег и друзей: Алексея Толстого, Олега Репина, Сергея Короткова, Ирины Яковенко, Маттео Колетти, Олега Ничвидюка. У этих виноделов не бывает слабых вин. Любой образец проработан до мелочей и выполнен на самом высоком уровне. В российском виноделии сейчас нет конкуренции, а есть движение вперед единомышленников. Поэтому поддержать коллегу или товарища, воздать должное прекрасному вину — это не исключение, а правило.
6. Какой ваш самый большой провал на винодельне? Было ли в вашем творческом багаже вино, за которое стыдно?
Наша винодельня довольно молода, и по стечению обстоятельств провалов мы пока избежали. Но философски смотрим на то, что могут быть и неудачи.
7. Как думаете, скоро ли человечество окончательно перестанет пить вино и перейдет на безалкогольные напитки: соки — воды, чай — кофе, пиво — квас и прочее?
Христианство с «кровью Господней» существует более двух тысяч лет, а гедонизму как философскому учению — и того больше. Зная природу человека, трудно себе представить, что она может измениться. Только технический прогресс двигается вперед. А нутро Homo sapiens не меняется. Поэтому с вином мы будем еще долго.
8. Какое ваше самое любимое место на Земле?
Океан, когда не видно берега.
9. Как вы относитесь к критикам и к критике? Что больше всего раздражает в людях?
Критику я, увы, всегда должен отрефлексировать. Такой уж я от природы. Но быстро успокаиваюсь и вполне благодушно ее принимаю. В людях, по большому счету, ничто не раздражает, кроме глупости. Но и здесь я уже более спокоен, чем во времена своей юности.
10. От какой работы на винодельне вы хотели бы избавиться, наняв робота или двух?
От составления отчетности, бесконечных деклараций, ЕГАИС и прочего.
11. Какое вино вы мечтаете сделать? Чтобы оно попало в рейтинги? Чтобы хорошо продавалось? Чтобы нравилось вам самому?
Большой красный бленд, который и является лучшим индикатором статуса винодельни.
12. Кем или чем вы хотели бы стать в следующей жизни?
Монахом цистерцианцем или бенедиктинцем, который днем лелеет свои лозы, а вечером читает древнегреческие трактаты.
Фархад пришел в виноделие в 2013 году. А до этого учился на ихтиолога в Институте рыбного хозяйства в Астрахани, получал звание кандидата биологических наук и работал научным сотрудником биофака МГУ им. М. В. Ломоносова. Сам Фархад считает, что в освоении профессии винодела ему очень помогла база фундаментального советского биологического образования. И сегодня Фархад Нагдалиев и его академический научный подход ко всему, что происходит на винограднике и винодельне, пользуются уважением коллег. Для него не существует малозначимых деталей ни в выращивании лозы, ни в терруаре, ни в винификации, ни в экономике винодельческого проекта. Фархад убежден, что малое виноделие — это всегда премиальные вина, а значит, качество любого процесса должно быть максимально высоким.
На бутиковой винодельне «Усадьба Сенетх» создают тихие белые, розовые, красные вина и развивают игристую классику. Эти вина не только получают высокие оценки экспертов и баллы рейтингов, но и пользуются популярностью у поклонников российского вина.
Винодельня производит 25 тыс. бутылок вина в год, и в планах на ближайшие годы — удвоить эту цифру.
12 вопросов Фархаду Нагдалиеву
1. Если бы вы не стали виноделом, то чем бы занялись? Что может вас заставить сказать: «Всё, хватит» и бросить виноделие?Я в детстве начитался книг Жака-Ива Кусто и поступал на биофак, чтобы стать ихтиологом, бороздить моря и океаны. Эту мечту, к счастью, мне удалось осуществить. Но 90-е — 2000-е диктовали свои правила бытия — приходилось выживать, кормить семью, и я ушел в бизнес. Определенным камбэком в исследовательскую деятельность стало для меня виноделие, в котором очень много науки и творчества. Коли я уж подвизался на этой стезе, хотел бы ее продолжать до конца своих дней. Ну а если вдруг, как когда-то в XIX веке, на виноградники придет какая-то напасть, которая их в одночасье уничтожит, то для меня самый лучший вариант — возвратиться в морскую биологию и ходить по морям и океанам. Либо просто путешествовать под парусом (я и яхтингом активно занимался).
2. Откуда черпаете силы и вдохновение? Есть ли у вас муза, мотиватор, наставник или советник?
В виноградарстве и виноделии настолько много творческого элемента, что дополнительной музы или мотиватора участникам не требуется. Поэтому наша сфера приложения сил, как наркотик, притягивает к себе людей, и ни за какие коврижки (кроме банкротства) никто не хочет из нее выходить. Вино рождается как твой ребенок. Ты следишь за его взрослением, и это бесконечно радует и вдохновляет.
3. Виноделие — это и наука, и магия. С вами чудеса на винодельне и винограднике случались?
Возможно, я слишком человек науки, чтобы акцентироваться на чудесах. Это моя профессиональная деформация. Но готов признать, что и лозы, и вино любят людей добрых, великодушных. Замечаю, что у таких людей и вина выходят лучше. Давайте назовем это магией.
4. Какая фантастическая сверхспособность из тех, которыми обладают всякие супермены, бэтмены или люди икс, пригодилась бы вам в жизни?
Проникать сквозь стены банковских хранилищ, чтобы иметь возможность сделать виноградник лучше, купить более совершенное оборудование на винодельню.
5. Какое чужое вино вы считаете для себя эталоном? Можете его назвать? Или вино конкурента хвалить нельзя?
С удовольствием назову имена моих коллег и друзей: Алексея Толстого, Олега Репина, Сергея Короткова, Ирины Яковенко, Маттео Колетти, Олега Ничвидюка. У этих виноделов не бывает слабых вин. Любой образец проработан до мелочей и выполнен на самом высоком уровне. В российском виноделии сейчас нет конкуренции, а есть движение вперед единомышленников. Поэтому поддержать коллегу или товарища, воздать должное прекрасному вину — это не исключение, а правило.
6. Какой ваш самый большой провал на винодельне? Было ли в вашем творческом багаже вино, за которое стыдно?
Наша винодельня довольно молода, и по стечению обстоятельств провалов мы пока избежали. Но философски смотрим на то, что могут быть и неудачи.
7. Как думаете, скоро ли человечество окончательно перестанет пить вино и перейдет на безалкогольные напитки: соки — воды, чай — кофе, пиво — квас и прочее?
Христианство с «кровью Господней» существует более двух тысяч лет, а гедонизму как философскому учению — и того больше. Зная природу человека, трудно себе представить, что она может измениться. Только технический прогресс двигается вперед. А нутро Homo sapiens не меняется. Поэтому с вином мы будем еще долго.
8. Какое ваше самое любимое место на Земле?
Океан, когда не видно берега.
9. Как вы относитесь к критикам и к критике? Что больше всего раздражает в людях?
Критику я, увы, всегда должен отрефлексировать. Такой уж я от природы. Но быстро успокаиваюсь и вполне благодушно ее принимаю. В людях, по большому счету, ничто не раздражает, кроме глупости. Но и здесь я уже более спокоен, чем во времена своей юности.
10. От какой работы на винодельне вы хотели бы избавиться, наняв робота или двух?
От составления отчетности, бесконечных деклараций, ЕГАИС и прочего.
11. Какое вино вы мечтаете сделать? Чтобы оно попало в рейтинги? Чтобы хорошо продавалось? Чтобы нравилось вам самому?
Большой красный бленд, который и является лучшим индикатором статуса винодельни.
12. Кем или чем вы хотели бы стать в следующей жизни?
Монахом цистерцианцем или бенедиктинцем, который днем лелеет свои лозы, а вечером читает древнегреческие трактаты.
